Пиcьма 1932-1955, cтр. 131. // 24.02.36

г. Г. Боргес и г. Маггофэн. Комитет этот бездействовал, а выход трех упомянутых лиц, конечно, не может иметь решающего значения, тем более, что Г. Боргес перед самым своим отозванием в Венесуэлу выражал г-же Фр. Грант полную солидарность и дружественность. Таким образом, и это сообщение в циркулярном письме г. Хорша свидетельствует о преднамеренности, которая выказывается во всех подробностях замышлений г. Хорша и его соучастников.

Нельзя забыть, что г-жа Хорш, будучи представительницей Общ. Рериха, минувшей осенью пыталась на собраниях отделов этого Общества клеветать и порочить имена проф. Рериха и Е. И. Рерих, но она не имела успеха в этом злоумышлении; и ей пришлось выслушать сильные осуждения и даже отказаться от предложенного ей доклада, как именно случилось на собрании Общества Р. в Филадельфии.

Таким образом, в Истории культурных движений весьма прискорбно и возмутительно наблюдать, как в силу преднамеренного злоумышления производятся попытки нарушить течение многолетней культурной работы. Производится смущение умов, не знающих всех обстоятельств, чтобы, воспользовавшись замешательством, довершить задуманный самочинный захват. Но в то же время отрадно видеть, как люди просвещенные быстро разбираются в действительных обстоятельствах и яро встают на защиту попранных прав культурных деятелей. Злоумышленники по обычаю всех предателей не останавливаются ни перед чем, готовы измыслить любую ложь и извратить каждое действие. Но каждый, кто хотя бы знает о присвоении ими чужих шер, может судить и о свойствах всего ими задуманного и яро выполняемого. В жизни культурных начинаний предательство является обыкновенным историческим фактом, как реакция сил противоположных. Но также история человечества достаточно ясно говорит как о судьбе предателей, так и о нерушимом росте светлых культурных начинаний.