Тoм 1, cтр. 720

Держателя и Хранителя, Отца на Небесах – Планетарного Духа. Мы охотно оставляем потомкам Израиля, поклонникам Саваофа или Сатурна, их собственного национального Бога, Иегову; ибо, истинно, монады народа, избранного им, являются его собственными, и Библия никогда не скрывала этого... Только, по обыкновению, текст протестантской Библии расходится с текстами Семидесяти Толковников и Вульгаты (латинским переводом Библии). Так, в то время, как мы читаем в первом:

«Когда Всевышний (не Иегова) давал уделы народам... Он поставил пределы народов по числу сынов Израилевых...»/194/.

В переводе Семидесяти Толковников сказано – «по числу Ангелов», планетарных Ангелов, и это толкование более отвечает истине и факту. Больше того, все тексты согласны в том, что «часть Господа (Иеговы) народ Его; Иаков есть удел Его»/195/; и это разрешает вопрос. «Господь» Иегова взял Израиля, как свою часть; какое же отношение имеют другие народы к этому особому национальному Божеству? Потому, пусть «Архангел Гавриил» стоит на страже Ирана, и «Иегова» на страже евреев. Они не являются Богами других народов, и трудно понять, почему христиане избрали Бога, против велений которого Иисус первый восстал.

О планетном зарождении Монады или Души и ее способностей учили гностики. На своем пути к Земле, также и на обратном пути от Земли, каждая Душа, рожденная в лоне и от «Беспредельного Света»/196/, должна была, в том и другом случае, пройти через семь планетных областей. Чистые Дхиани и Дэвы древнейших религий с течением времени, сделались среди последователей Зороастра Семью Дэвами, священнослужителями Аримана, «причем каждый был прикован к своей планете»/197/; у браминов они стали Асурами и некоторыми из Риши – добрыми, злыми и безразличными; у египетских гностиков Тот или Гермес был Главою Семи, имена которых даны Оригеном: как Адонай – Гений Солнца; Тао – Луны; Элой – Юпитера; Саваоф – Марса; Орей – Венеры; Астафай – Меркурия; и Ильдабаоф (Иегова) –

___________

/194/ Второзаконие. XXXII, 8, 9.

/195/ Там же, 9.

/196/ Ч. В. Книг в своем сочинении «The Gnostics and their Remains» (стр. 344) отождествляет его с summum bonum восточного устремления, с буддийской Нирваной, с «совершенным покоем эпикурейской Indolentia», взгляд, выраженный, как кажется, довольно поверхностно, хотя и не совсем неверно.

/197/ См. копию Карты, сдел. Оригеном, или Диограмму офитов.