Пиcьма 1932-1955, cтр. 190.

19.02.37

Получила Ваше письмо от 7 февр. и очень огорчилась, что допустила такой недосмотр в корректуре Т. Д. Но спасибо Вам за Вашу внимательность и зоркость. Конечно, Станцы не должны разниться в комментариях. Потому можно исправить листы главных Станц. Вахан или Вахана не ошибка, можно безразлично пользоваться обеими транскрипциями. Опасаюсь, что будут еще недосмотры с моей стороны, трудно одной все досмотреть. Много времени берет и проверка транскрипций имен и названий. Очень многие из них трудно найти. Потому, дорогой Рихард Яковлевич, если встретите нечто несуразное, пожалуйста, исправьте. Не сомневаюсь, что и оглавление будет сделано прекрасно. Хотя, конечно, крупный шрифт должен был осложнить многие распределения, все же можно порадоваться, что явилась возможность такого шрифта. Теперь, когда мое зрение стало еще более дальнозорким и я принуждена носить очки, понимаю, как трудно читать мелкую печать, и радуюсь каждой книге с четким шрифтом.

Оглядываемся на прошлый год и должны сказать, что, несмотря на многие трудности и на чрезвычайное напряжение, год этот был особо плодотворным во многих отношениях. На главной линии совершился огромный сдвиг и началось радикальное очищение. Во многих странах прибавились новые культурные очаги, а некоторые из прежних проявили особо напряженную деятельность. Так один корреспондент пишет: «Наблюдаем очень интересное явление, что если можно было бы произвести анкету, то можно было бы удивиться ее результатам: мы бы нашли друзей Вашего дела в самых неожиданных людях. Сталкиваюсь по своей профессии журналиста со всеми слоями общества – очень часто приходится наталкиваться на такие явления».